Аннотация. В статье рассмотрены вопросы ракетно-технического обеспечения боевых действий 40-й армии Вооружённых сил СССР и правительственных войск Республики Афганистан (РА) против отрядов непримиримой оппозиции.
Summary. The article considers the issues of missile-and-technical support of combat operations of the 40th Army of the USSR Armed Forces and government troops of the Republic of Afghanistan (RA) against the forces of irreconcilable opposition.
Преснов Александр Иванович — полковник в отставке (в период описываемых событий — старший офицер 2-го отдела (ракетного) Управления обеспечения ракетами и боеприпасами Главного ракетно-артиллерийского управления Министерства обороны СССР)
(Москва.Е-mail: aleksandrpresnov01@gmail.com).
ОРГАНИЗАЦИЯ РАКЕТНО-ТЕХНИЧЕСКОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙВ РЕСПУБЛИКЕ АФГАНИСТАН
Появление оперативно-тактического ракетного комплекса 9К72 в составе группировки сил 40 А на последней стадии боевых действий в Афганистане было обусловлено необходимостью обеспечения минимальных потерь войск при оставлении территории этой страны.
Вывод о бесперспективности решения афганской проблемы военным путём и, следовательно, необходимости вывода 40-й армии окончательно утвердился у военно-политического руководства СССР к середине 1988 года. Разработанный план операции предполагал с целью достижения внезапности и снижения потерь произвести вывод войск в зимний период, когда главные силы оппозиции будут находиться в зимних лагерях, и интенсивность боевых действий снизится. На подготовительном этапе проводилась постепенная передача объектов, в первую очередь тыловых и второстепенных, подразделениям правительственных войск, увеличивались объёмы подачи 40 А материально-технических средств, что вместе с активизацией боевых действий должно было ввести противника в заблуждение относительно истинных намерений советских войск. Сам вывод планировалось осуществить по принципу «всё разом», что даже в случае обнаружения противоборствующей стороной массового перемещения войск не позволяло в условиях афганской зимы, высокогорья и бездорожья отрядам моджахедов быстро перегруппировать свои силы и блокировать перевалы. Однако скрыть свои намерения и дату окончательного вывода не удалось. Уже к осени 1988 года главные силы оппозиции вышли на предполагаемые маршруты вывода и блокировали перевалы.
В создавшихся условиях для деблокирования перевалов было предложено использовать опыт арабо-израильской 1973 года и ирано-иракских войн, в которых для нанесения потерь и устрашения противника с египетской ииракской сторон широко использовались оперативно-тактические ракетные комплексы (ОТРК) 9К72, имевшие на вооружении ракету 8К14-1 в экспортном исполнении с фугасной боевой частью 8Ф44.Особенностью этого комплекса было то, что при пусках на дальности, близкие к минимальной, фугасный эффект от взрыва боевой части усиливался детонацией несгоревших продуктов горючего и окислителя, оставляя после себя зону сплошных разрушений радиусом до 450 м. Внезапность удара, вследствие большого удаления точек пуска и цели не позволявшего обнаружить его подготовку, и большая дальность действия комплекса, обеспечивавшая поражение практически всякой обнаруженной стационарной цели, не дали бы возможности силам оппозиции создавать группировки большой плотности в районах перевалов и тем самым помешать прохождению через них войск 40 А.
При подготовке подразделений ракетных войск и артиллерии (РВиА) 40 А к боевому применению ракетного комплекса одним из первых на повестку дня стал вопрос порядка обеспечения ракетами, включавший в себя определение потребности, создание запасов, их эшелонирование и организацию системы подвоза ракет.
Особенностями создававшейся системы ракетно-технического обеспечения 40 армии были:
— подразделения ракетных войск (РВ) 40 А должны были применять ракету 8К14-1 в экспортном исполнении, которая имела некоторые конструктивные отличия от образца, состоявшего на вооружении ракетных войск и артиллерии Сухопутных войск (СВ) СССР, а также боевую часть 8Ф44, которая изготовлялась только для экспортных поставок и не состояла на вооружении, следовательно, необходимо было в кратчайшие сроки произвести переподготовку боевых расчётов комплекса;
— все задачи ракетно-технического обеспечения, включавшие доставку ракет от станций выгрузки или аэродромов подачи, организацию временного хранения, проверку технического состояния и предстартовый контроль, возлагавшиеся на такие ракетно-технические подразделения, как подвижная ракетно-техническая база (пртб) и отдельный ракетно-парковый дивизион (орпдн), в 40 А должны были решаться технической батареей дивизиона. Отсутствие таких ракетно-технических подразделений в боевых порядках 40 А не позволяло организовать эшелонирование и создавать запасы ракет на территории Афганистана;
— полное отсутствие железных дорог и неразвитая дорожно-шоссейная сеть ограничивала выбор позиционных районов стартовых батарей, которые должны были располагаться вблизи аэродромов, на которые подавались ракеты с территории СССР;
— на момент принятия решения о применении комплекса 9К72 в Афганистане СССР не располагал запасом ракет 8К14-1 в экспортном исполнении и боевых частей 8Ф44.
Производство ракет и боевых частей ОТРК 9К72 было прекращено в середине 1980-х годов, технологическое оборудование демонтировано, а производственные мощности были загружены другими изделиями. Возобновить производство в столь короткие сроки не представлялось возможным, поэтому было принято решение возобновить производство лишь боевых частей 8Ф44, а изготовление экспортных модификаций ракет 8К14-1 осуществить посредством доработки основного образца.
В соответствии с первоначальным планом предстояло изготовить 200 боевых частей и доработать аналогичное количество ракет, причём доработке подлежали ракеты самых ранних годов изготовления, находившиеся на арсеналах и базахГлавного ракетно-артиллерийского управления Министерства обороны (ГРАУ МО), т.е. в запасах центра, у которых в 1989 году истекал срок технической пригодности.
Доработанные ракеты и боевые части непосредственно с заводов промышленности авиатранспортом подавались на передовой пункт базирования, который был оборудован на территории ТуркВО, недалеко от г. Термез, в районе аэродрома Какайды (станция выгрузки — Учкызыл, Среднеазиатская железная дорога). Такой выбор был обусловлен необходимостью расположения пункта как можно ближе к Кабулу, где находился основной позиционный район ракетного комплекса, с целью обеспечить возможность самолётам военно-транспортной авиации (ВТА) в светлое время суток делать два рейса туда и обратно.
На передовом пункте базирования проводились работы по приёму ракет и боевых частей от предприятий промышленности, их временному хранению, комплектации и подготовке к авиатранспортированию. Для выполнения этих работ были задействованы личный состав и техника ракетно-технических войск (РТВ) отдельного ракетного дивизиона (ордн) 201-й мотострелковой дивизии (мсд).
Общее руководство ракетно-техническим обеспечением (РТО) осуществлялось Генеральным штабом ВС СССР, непосредственное — оперативными группами (ОГ) Главного штаба Сухопутных войск (ГШ СВ), Главного ракетно-артиллерийского управления (ГРАУ) и службы ракетно-артиллерийского вооружения (РАВ) Туркестанского военного округа (ТуркВО).
Заявка на подачу ракет и боевых части на последующий день из 40 А поступала в ОГ ГШ СВ и передавалась в ОГ ГРАУ МО, где вёлся учёт наличия и движения ракет и боевых частей на передовом пункте базирования, проводился анализ ресурса и потребностей и выдавалось предложение в ОГ ГШ СВ по количеству ракет и боевых частей, подлежавших отправке, а также потребному количеству самолётов ВТА.
ОГ ГШ СВ в соответствии с расчётом ОГ ГРАУ МО через ЦКП ВВС заказывала авиатранспорт и, учитывая возможности ВТА, уточняла расчёт подачи. После чего уточнённый расчёт подачи возвращался в 40 А и ОГ ГРАУ МО для передачи в службу РАВ ТуркВО, которая осуществляла руководство работами непосредственно на передовом пункте базирования.
Дважды в день дежурный по ОГ службы РАВ ТуркВО докладывал в ОГ ГРАУ МО о вылетах и прилётах самолётов ВТА в Афганистан и обратно, о прибытии самолётов с боевыми частями и ракетами с заводов промышленности и наличии имущества на остаток дня. Кроме того, в ОГ ГРАУ МО поступали сведения от военных представительств на предприятиях промышленности о принятых и отгруженных изделиях. Такая схема руководства РТО позволяла оперативно управлять подачей ракет и боевых частей и сохранилась практически в неизменном виде до конца поставок.
15 марта 1989 года командующий 40 А, демонстративно последним переходивший мост через Вахш позади колонны бронетранспортёров, не был последним советским военным, покинувшим Афганистан. На территории РА оставался многочисленный отряд венных специалистов, призванных оказать помощь правительственным войскам в отражении намечавшегося решительного наступления объединённых сил оппозиции, а также материальная часть ОТРК9К72, с которой в течение двух месяцев было произведено 102 боевых пуска.
Среди советников было и немало специалистов по эксплуатации и боевому применению ракетного комплекса 9К72, которым выпала, пожалуй, одна из наиболее сложных задач. Афганистан никогда не имел ракетного вооружения, и подготовка в течение двух—трёх месяцев национальных кадров, способных грамотно, на высоком техническом уровне эксплуатировать такое вооружение, являлась сложной задачей.
Правительственные войска Республики Афганистан (30 апреля 1987 г. ДРА была переименована в Республику Афганистан. — Прим. авт.), получив ракетный комплекс в свои руки, начали активно использовать его в боях против оппозиции, произведя к 8 мая 1989 года 82 боевых пуска и доведя общее количество израсходованных ракет и боевых частей до 184.
Количество изготовленных боевых частей и доработанных ракет подходило к концу, а вместе с наступлением весны силы оппозиции активизировались и перешли в решительное наступление, что привело к резкому обострению обстановки — начались бои за Хост — последний укреплённый пункт на пути к Кабулу. В создавшейся критической обстановке было принято решение продолжить поставки ракетного вооружения афганскому правительству. На предприятиях отечественной промышленности был размещён заказ на изготовление ещё 700 боевых частей 8Ф44, а так как фактор времени стал играть определяющую роль, решили отказаться от доработки ракет в экспортный образец и подавать их с арсеналов и баз ГРАУ МО непосредственно авиатранспортом на передовой пункт базирования. Так СССР впервые начал поставлять в страну, не состоявшую в организации Варшавского договора, ракеты, способные нести боевые части в специальном снаряжении. С 9 по 19 мая 1989 года были поставлены 48 комплектов, с 20 по 24 мая — ещё 100 комплектов.
При этом требует отдельного рассмотрения вопрос о профессиональной компетентности главного военного советника при правительстве РА и его аппарата, т.к. с их ведома и по их рекомендациям суточный расход в отдельные дни составлял до 34 ракет и боевых частей. В условиях практически полного отсутствия данных о потенциальных целях в глубоком тылу противника такая практика была примером бездумного увлечения применением оперативно-тактических средств поражения при решении частных тактических задач. Интенсивные поставки ракет в апреле—мае 1989 года показали, что операционные возможности передового пункта базирования в Какайды не обеспечивают решения задач РТО. Кроме того, военнослужащие из состава ракетно-технических войск 201 мсд не были специалистами в эксплуатации комплекса 9К72 (в указанный период он являлся штатным средством РВиА армий и округов), и были не в состоянии организовать его эксплуатацию в соответствии с требованиями технической документации. Необходимо было создавать дополнительные пункты передового базирования, укомплектовывать их личным составом и специальной материальной частью. Для размещения были выбраны аэродром Мары (ж.д. ст. Разъезд 65) и 9-й арсенал ГРАУ МО (ст. Арысь, ТуркВО ), аэродром Чимкент, на которых был задействован личный состав 111-й ракетной бригады (РБр) и технической ракетной базы (трб) при 9-м арсенале ГРАУ МО. Такое увеличение числа передовых баз с привлечённым личным составом, имевшим опыт эксплуатации ракет данного типа, позволило резко повысить качество подготовки ракет к подаче в район боевых действий и, кроме того, организовать их техническое обслуживание и длительное хранение силами трб. Распределение поступления и отправки ракет и боевых частей между базами было возложено на ОГ ГРАУ МО.
Одновременно к концу мая был исчерпан запас центра ракет ранних годов изготовления, в войсковых запасах появились ракеты, имевшие срок технической пригодности больший, чем в запасах центра.
Схема подачи была усложнена: ракеты, подлежавшие поставке, должны были быть предварительно заменены более «свежими» из запасов центра. В ракетную часть, в которой хранились ракеты, подлежавшие поставке в Афганистан, предварительно (до 17 июня авиатранспортом, а потом оперативными железнодорожными транспортами) с арсеналов ГРАУ МО подавались ракеты более поздних годов изготовления, а ракеты, подлежавшие отправке авиатранспортом, напрямую отгружались на передовые пункты базирования.
Такой порядок обеспечения потребовал уже определённого планирования поставок. А так как обстановка в Афганистане была труднопрогнозируемой, планирование было краткосрочным, на срок до 10 суток. На этот период устанавливались суточная подача и общее количество поданных ракет. Отсутствие итоговых цифр вынуждало ГРАУ МО, которое отвечало за отбор и техническое состояние подававшихся ракет, производить выбор ракет по принципу — в первую очередь подать самые старые. Из войсковых запасов изымались ракеты только одного года изготовления, затем следующего и так далее. Такой способ отбора приводил к тому, что некоторые части, удалённые на тысячи километров от передовых пунктов базирование, как, например, в Западной группе войск (ЗГВ) или Дальневосточном ВО, отправляли одну ракету, а через три—четыре дня ещё одну, но уже следующего года изготовления. Это вело к резкому удорожанию перевозок и к повышенному расходу ресурса самолётного парка ВТА.<…>
Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru